Еду и не знаю куда
May. 16th, 2007 08:55 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
toiidaЕду в подземке и не знаю, в какую сторону. Если на юг — значит домой, если на север — гулять.
И смешно, и радостно, ещё пугающе, но меня вышвырнули с работы. Не заплатив. «Потому что вы у нас не работали, вы обучались, вы ничего не сделали». Вообще-то сделал, хотя сначала подразумевались именно полтора месяца обучения. «Я вам ничего не обещал». Дословно пятью днями ранее: «Не волнуйтесь, все эти дни вам оплатят». Теперь остаётся понять кто, лужи?
Не подумайте чего, я, конечно, не скандалил, не уличал и не роптал. После путаной речи, из потусторонних выражений которой мне нужно было понять, что мне ничего не заплатят, и вопроса, понятно ли, я ответил, что, мол, как раз насчёт оплаты непонятно.
Ещё (я ещё немного почерню, а потом перейду к интересному) мне поставили в вину, что я пользовался интернетом в личных целях, и что мне могут продемонстрировать, что именно я писал. Надо ли говорить, что до этого мне прямым текстом разрешили пользоваться Интернетом в свободное время, предупредив лишь об экономии трафика.
Что за наивность? Я бы и хотел воскликнуть внутри сам себе, что перлюстрация уголовно наказуема, но это не мой случай. Вы, наверно, заметили, что я веду сетевой дневник. Как и большинство активных дневниковедов я давно уже отказался от приватного в своей жизни, и теперь устыдить меня можно лишь за дело. Все шкафы открыты, дырявое исподнее продемонстрировано, скелетов нет.
Когда я был маленький, настолько, что мы в детской курортной тюрьме спали в одной палате с девочками, я для двух из них придумал игру: я запрыгивал к ним на кровати, спускал трусики, и быстро отпрыгивал к себе, натягивая плавки обратно. Игруньи должны были успеть схватить меня то ли за гениталии, то ли за трусы, я уже не помню. В момент, когда игра шла особенно зажигательно, вошла надзирательница, и я был наказан — я должен был до конца тихого часа простоять на своей тумбочке без трусов. Тогда я чувствовал позор, Чёрное море было когда тёмно серым, когда буро-жёлтым, когда коричнево-жёлтым, как глиняная жижа, когда коричневым с зелёным, ещё тёмно сине-зелёным, и мне казалось, что стены палаты немного отражали цвет сегодняшнего моря.
Управляющий (которого другие сотрудники кличут «шефом» и «директором») выдал „компенсацию транспортных расходов“ — 1500 рублей, а я их взял — в таком я нахожусь положении.
Пошёл гулять по истоптанному маршруту — чтобы успокоиться. А то в вагоне даже читать о судьбе Гордона Брауна не мог: глаза бежали по строкам, а в думах рассматривал во всём изменившиеся возможности.
Теперь можно и на пляж (утром хотелось), и на выставки, а можно днём пофотографировать бюстик Алексея Щусева, тем более, что я к нему и иду. Появилось время на свидания, можно попробовать себя в блочной вёрстке сайтов (в начале мая я отказался от такого варианта сдельной работы из-за своей шестидесятичасовой рабочей недели). Бах!
Как звучат колокола! Впервые мне нравится. Обычно подобный звон вызывает гнев с яростным омерзением, помню, десять лет назад я приобрёл в эзотерической лавке два крупных (буддистских) шарика с запаянными в них колокольчиками и, как только попадал под колокольный расстрел, доставал их, начинал трясти у своих ушей с обеих сторон, продолжая идти туда, куда шёл. Сейчас бы я постеснялся, серею. Да и город стал другим. Мировая столица фашизма. Москвичи теперь за такое выкалывают глаза.
А сейчас трезвон был другой ускоренный, очень резкий по звуку, а (предположим, что) второй колокол, более высокий, подыгрывал как старый синтезатор. Неслыханно жёсткий, аудиотеррористический хэппи-хардкор. Сейчас скажу, что за храм — Воскресения Словущего, что на Успенском вражке, вот.
Так захотелось привести, тынц! тынц! к этому перезвону какого-нибудь знакомого композитора, правда, если я ему не в тягость ещё.
Нащёлкал бюстик, ждите теперь запись «Лучшие шедевры русской биоархитектуры», вот только на фотографиях вся сила, присущая этому образчику биоархитектуры не отображается. Я уже снимал этот бюстик дважды, когда лежал снег и в сумерках.
После Гранатного переулка свернул к «Стелле Арт Фоундейшн», там до сих пор гастролирует музей Зигмунда Фрейда. Сфотографировал, как школьницы-курсистки жались с разных сторон к никакой инсталляции Ильи Кабакова про человека, что улетел в свою картину; позировали и фотографировались, будто это зверюшки Зураба Церетели. Какой хороший день!
Завтра на пляж или не на пляж? На «Арт-Москву» точно.
Забавно, на той, сентябрьской работе, которая тоже продлилась полмесяца, мне заплатили как за целый месяц. Потом, за октябрь-декабрь я получил примерно столько, сколько и рассчитывал, а теперь я отработал полмесяца бесплатно. Выходит, по нулям.
Как мне теперь объяснять вам, родственникам, работодателям, почему я путешествую по местам работы словно Колобок? Смею думать, что везде я показал себя как исполнительный, хороший работник.
В первом случае фирма была ликвидирована, и работы лишились все, в том числе и те, кто меня принял. Во втором — да, действительно, я сам сбежал, а руководитель пытался по этому поводу состряпать копию древнегреческой трагедии. Ну а в последнем случае меня, как я и подозревал, держали в буфере, на случай, если фотонаборный автомат починят, чтобы обучить меня быстренько фотонабору, а потом уже, в свободное время, предоставить мне возможность обучения вёрстке. Сегодня судьба фотонаборного автомата решилась в пользу Computer-to-Plate технологии, и «ТАС-Издат» сделал вид, что со мною не знаком.
Уселся у «Октября» на скамейку с баночкой «Коки-Колы» и пишу. Вокруг юные мажорные парочки, велосипедисты, а в отражении неприглядный я. В недрах сумки обнаружены четыре карамельных леденца «Бомилки», рассыпавшихся там в понедельник. Как удачно, будут моими завтраком и обедом.
Только захотел именоваться пролетарским художником, как был исключён из пролетариата. Какой же всё-таки настырный изъян в мироустройстве: чем наименее художественную и социально низкую работу выбираешь, тем хуже к вам новый работодатель относится, тем меньше вас ценят и меньше достоинства вам предлагают себе оставить. Здесь не дописано.
За четыре минуты повстречал трёх дам (возможно, пропущена запятая на отрезке предложения между словом „повстречал“ и словом „дам“), одетых в строгие и кокетливые геометрические платья или костюмы. Что-то я прозевал эту тенденцию. Ещё попробовал половить на видео шуршащий по мостовой — Арбат мощён — пустой синтетический пакет.
Один из моих квазипрожектов — куча экранчиков, в каждом из которых свой пустой пакет свободно летит или едет справа налево. Вот снимаю. Я эти пакеты называю „русскими камнями“, давно это повелось, в сравнении с английским садом с камнями.
Удручает меня логотип и обложки “The New Times”.
 | |
 |  |
 |  |
 |  |
 |  |
 |  |
 |
Так хочется, чтобы у лучшего еженедельника было и лучшее оформление. Чтобы обложки им делали художники. Внутренняя вёрстка ещё ничего, немножко сдвинутая, — можно и оставить.
Хочется сверстать самому, но знаю, что не смогу, мне ещё учиться и учиться, а пока лишь попробовал подобрать им логотип. Ничего блестящего у меня не вышло, но и так лучше того, что используется.
а) Заговорщицкий, при его использовании и новое, и старое названия нужно убрать с обложки, оставив лишь в выходных данных и, возможно, на корешке:
б) и ещё проще:
Вернулся (к родителям) домой, рассказал о своём освобождении маме и попросил её не причитать, а утешить (лицемерное «Я весь на нервах»). Получил шоколадку и сыграл с ней «в Минус». Никто из вас не знает такой карточной игры! Наша любимая, основа моих отношений с мамой.
16 мая 2007 г., 17:40 — 17 мая 2007 г., 20:55
no subject
Date: 2007-05-17 11:38 pm (UTC)что насчёт двойного_журнала?
no subject
Date: 2007-05-18 08:42 am (UTC)no subject
Date: 2007-05-18 10:21 am (UTC)no subject
Date: 2007-05-18 12:07 pm (UTC)no subject
Date: 2007-05-18 10:21 am (UTC)no subject
Date: 2007-05-18 10:30 am (UTC)no subject
Date: 2007-05-18 10:32 am (UTC)